• У меня такое ощущение, что пора вызывать неотложку, - заключила я после придирчивого осмотра стоящего напротив Миши.
  • Не нужно, - эхом откликнулся тот. - Дома лекарства остались. Я просто в обед забыл принять. Не ожидал, что ты простишь меня после всего, что я сделал.
  • И как я могла тебя не простить? - тяжело вздохнула и указала на водную дверь. - Пошли тогда скорее. Тебя проводить до квартиры?
  • Ну, я же не совсем немощный, - невесело усмехнулся парень. - Сам как-нибудь доберусь. А вот, что тебе помочь с сумками не смогу - это печаль.
  • Не говори глупостей, - отмахнулась я. - Там не много. Мне твое здоровье важнее, чем тяжесть килограмма картошки.
  • Правда? - его губы тронула едва заметная улыбка. - Мне это нравится.

С этими словами он начал обуваться. Я же быстро покидала в рюкзак все необходимое и последовала его примеру. Только зонт выложила, а вместо него достала дождевик. Насчет «немного» покупок я конечно же приуменьшила и потому хотела, чтобы обе руки у меня были свободными.

  • На улице дождь, - я вопросительно посмотрела на него, когда увидела, что друг забыл достать зонт.
  • Точно, - спохватился Громов и полез в свой рюкзак.

Когда спускались на лифте, он взял меня за руку и чуть притянул к себе. Уперлась лбом ему в грудь и стояла так, пока не открылись двери, через которые виднелся первый этаж нашего подъезда. Как парочка, честное слово...

  • Завтра вывесят результаты вступительных экзаменов, - заметил Миша, когда я открывала входную дверь. - Я напишу тебе, как буду себя чувствовать. Если не смогу прийти, глянешь мои?
  • Конечно, - кивнула, наблюдая, как он раскрывает зонт. - Только не забудь. Хочешь, я сама завтра тебе позвоню?
  • Позвони мне, позвони, - хохотнул парень, беря мою руку и кладя ее себе на локоть. - Позвони мне ради бога.
  • С удовольствием, Змей Горыныч ты мой, - принимая игру, откликнулась я. - Готовься, завтра утром будет очень жарко.
  • Да хоть уже этой ночью, - последнее слово он проговорил с придыханием и все ближе склоняясь к моему уху. - Но должен предупредить, что в темное время суток обычно вылезают из подворотни маньяки.
  • Фу, пошляк! - картинно возмутилась я.
  • Вообще-то я не то имел ввиду, - резко отстранившись и сделав вид, что вовсе ни при чем, выдал Миша. - Но твой вариант, признаюсь, мне тоже нравится.

Друг немного повеселел и расслабился. Может, чтобы помочь ему в борьбе с болезнью, стоит почаще отвлекать его такими вот веселыми посиделками за чаем? Или походами в кино вместе с остальными. Хотя... Кто были те двое, кто увез Мишу с места драки? Они приехали за ним на машине, значит - уже совершеннолетние. И почему он вообще вынужден был драться? Жаль, что я не могу об этом спросить прямо...

  • Только после свадьбы, - важно проговорила, чтобы скрыть свою умственную деятельность. Ну, не готова я еще ему сдаваться с поличным.
  • Да-а? - заинтересованно протянул Г ромов. - А когда поженимся, откроется полная версия любящей и заботливой

Кнопки Батьковны?

  • Естественно, - покивала, соглашаясь. - А пока довольствуйся демо-версией.
  • Не-е-ет, хочу полную, - в предвкушении протянул Громов. - Так хочется побольше борщей с майонезом и зеленью. И поострее.
  • Поострее точно после свадьбы, - понимая, к чему он клонит, ответила я.
  • Я запомнил это, - на полном серьезе заметил Миша.
  • И что тогда? - я удивленно покосилась на него.
  • Секрет, - покачал головой друг. - Это будет сюрприз.

Я догадывалась о том, что он подразумевал под словами «я запомнил это», однако боялась не то, что озвучить собственные, но даже поверить в то, что смогу когда-нибудь выйти за него замуж. Я просто-напросто никогда об этом не задумывалась. Потому что сначала надо понять, кем мы являемся друг для друга.

  • Изверг, - выкрутилась я, понимая, что мое продолжительное молчание может быть расценено правильно. - Я же теперь вся изведусь, пытаясь угадать, что ты задумал.
  • На самом деле там все очень просто, - свободная от зонта ладонь накрыла мои пальцы, а голос стал тихим и вкрадчивым.

И тут я поняла, что он перестал шутить. Друг действительно задумался о том, чтобы быть вместе со мной. Мне не хотелось верить в это, потому что боялась ошибиться и рухнуть со скалы, как говорят в любовных романах. Вот и ответ на вопрос о моем отношении к нему. Во рту пересохло и перехватило дыхание. А он все медлит с пояснениями... Неужели я неверно растолковала его слова?

Он все ещё был бледен и не смотрел на меня. Напряженный взгляд карих глаз устремлен вдаль, губы плотно сжаты. Мы медленно шли по лужам под одним зонтом и все боялись сказать друг другу хоть слово. Мне не хотелось отпускать Грома, однако я прекрасно знала, что так надо для его скорейшего выздоровления. Тут недопустимо проявлять эгоизм: держать человека рядом, в каком бы состоянии он ни был. И напрашиваться к нему в гости тоже не хотелось. Если не приглашает, значит, на то есть причина.

Магазин находился на другой стороне улицы, и потому мы вместе перешли через дорогу и начали прощаться уже непосредственно вблизи Мишиного дома.

  • Напиши, как придешь домой, - попросила я, поворачиваясь к нему лицом и с неохотой высвобождая руку из его ладони. - А ещё перед сном, чтобы я знала, что с тобой все в порядке.
  • Хорошо, - откликнулся Громов. - Ты тоже напиши, как вернешься. Завтра жди моего звонка.

В следующее мгновение он обнял меня свободной рукой за плечи и поцеловал в губы. От неожиданности я немного растерялась и ответила лишь когда, он стал отстраняться. Меня чмокнули ещё раз на прощание и как ни в чем не бывало проговорили:

  • Пока, Кнопка! - выпустили из тесных объятий, развернулись и зашагали в сторону собственного дома.

А я стояла и ошарашенно смотрела ему вслед. Что это сейчас было? Почему он ничего не сказал перед тем, как сделать? Я, конечно, допускаю, что Громов решил, что я не поверю в искренность его чувств... Но после всего, что произошло сегодня, у него не должно было возникнуть никаких сомнений, черт побери! Интересно будет посмотреть ему в глаза при следующей встрече...

Медленно развернулась и направилась в магазин. Щеки пылали, сердце учащенно билось от радости, и пальцы подрагивали от волнения. Неужели я для него больше, чем друг?

Огромным усилием воли Громов заставил себя дойти до дома. За обедом, в квартире Алины он дал себе слово, что покончит со своей зависимостью. Однако не прошло и

нескольких часов, как началась ломка. Сравнительно слабая, чтобы убедить девушку в том, что это всего лишь трудноизлечимая болезнь, которая в идеале требует госпитализации. И ведь Миша при этом ни капли не соврал ей. Он был действительно болен и с недавнего времени хотел излечиться.

Парень старался как можно больше времени продержаться без наркотика, но не смог. Накануне даже принял более слабый, чтобы хоть как-то обойтись без привычной дозы. Не помогло. В самый неподходящий момент накатила слабость, выступил пот и подступила тошнота. Последнюю каким-то чудом удалось подавить, однако все остальное имело место быть и никак не укрылось от Али. Которая отнеслась к странностям своего друга более, чем серьезно.

Медленно переступая порог квартиры, Михаил думал о том, как быть дальше. Закрыл за собой входную дверь, вытащил смартфон из кармана джинсов, чтобы написать Альке смс о том, что пришел. Руки тряслись и отказывались слушаться своего хозяина. Из последних сил стараясь не сорваться, Миша стал набирать сообщение, чтобы успокоить девушку, которая стала ему слишком дорога за эти дни, чтобы взять и сдаться.

  • «Я дома. Таблетку принял, так что не волнуйся. Мне уже лучше».
  • «Не забудь вечером отписаться. Мне это важно» - тут же пришел ответ.
  • «Спасибо тебе за поддержку», - Громов все-таки улыбнулся, потому что Алина забота была для него действительно важна.
  • «Всегда с тобой».
  • Кнопка... - пробормотал себе под нос Миша, вспоминая их прощальный поцелуй.

Пот покрывал все лицо парня, его бил озноб, но мысли о ней не давали пойти в комнату и сделать укол. Сколько еще времени ему придется мучиться? Долго... Стоило обратиться в клинику, но Громов не хотел этого. Он считал, что сможет справиться со своими демонами сам. Особенно теперь, когда у него появилась цель в жизни. И находилась она сейчас в магазине напротив.

Молодой человек подошел к окну и стал напряженно разглядывать снующих внизу прохожих. Чтобы не упасть от слабости, он ухватился за подоконник, но все продолжал стоять и ждать ее. Девушку в бледно-голубом плаще, с темно­зеленым рюкзаком за плечами и с тяжелыми сумками. Ему было необходимо это, чтобы продержаться ещё немного. Ответ на поцелуй вселил в него надежду на положительный ответ на вопрос, который он задаст ей, когда победит зависимость.

Время шло, к слабости добавилась ломота в суставах. Миша огромным усилием воли старался дождаться Алиного появления. Когда девушка вышла из магазина с увесистыми сумками в руках, Громову на некоторое время полегчало. Странно, но с ней переносить ломку было намного проще. Однако Миша боялся, что она в конце концов отвернется от него, и потому предпочитал в особо тяжкие моменты быть наедине с самим собой. Как; сейчас, когда умом понимаешь, что нужно обратиться за помощью в наркологическую клинику, но все равно продолжаешь надеяться, что справишься сам. Начать применять запрещенные препараты было сугубо личным желанием Михаила и, следовательно (как считал больной), отказаться от них он должен был сам.