• Это что за обычай такой? - шепотом поинтересовалась у него фру Рейн. - Платить за то, что въехал в свой родной город?
  • Это нормальное явление, - пожал плечами юноша. - Магистрат устанавливает размер въездного налога. Доход идет частью на содержание в порядке крепостных стен, ворот и моста, а раньше и расчистку рва. Кроме того, жалованье стражникам тоже из чего-то надо выплачивать. Да мало ли, на что идут эти деньги...
  • Хм, налоги, - задумалось привидение, - я слышала раньше что-то в этом роде, когда другие наследники обсуждали с управляющими, стоит ли увеличить уже существующие налоги или ввести новый и какой, но не думала, что их платят везде!
  • Платят за все, везде и всюду. Только не везде и не всегда - деньгами.
  • Понимаю, - мурлыкнула фру Рейн и потерлась мокрой щекой о его шею. За шиворот опять потекло. - Ты тоже готов платить - за благополучие своих близких, за свою семью - собой... Не раздумывая, не торгуясь... За это и люблю!

Это неожиданное признание удивило юношу,и дальше он ехал молча, раздумывая над тем, что ему может дать любовь призрака.

Ей, наконец, повезло. Судя по вывеске, тут когда-то была лавка, а значит, ночью здесь и не должно никого быть. Хозяин то ли разорился,то ли умер, и дом стоял заброшенный. Жалко только, что дверь оказалась заколочена досками. Вероника разочарованно вздохцула. Внутри лавки наверняка сохранился прилавок, на который можно прилечь. Может быть, там даже остались кое-какие вещи, не понадобившиеся даже бродягам. Вдруг ей что-нибудь бы пригодилось? Но что теперь гадать, если дверь не открыть, как ни дергай?

Может быть, девушка и пошла бы искать другой ночлег, если бы она не устала настолько, что одна мысль об этом вызывала слезы бессилия и отчаяния. Может быть, внутрь можно пробраться как-то иначе? Во многих лавках есть черные ходы. Если обойти дом с другой стороны, то можно... Только вот как это сделать? Справа вплотную примыкал другой дом, а слева был забор. Попробовать отломать одну доску? Но хватит ли у нее сил?

Девушка по очереди подергала сначала одну доску, потом вторую, третью... Четвертая вроде бы держалась некрепко, но не слабым девичьим рукам справиться с толстой деревяшкой.

Шаги она услышала издалека - неверные,тяжелые. Человек либо тоже очень устал, либо болен. Но это мужчина,и он мог бы...

На этой улочке не светилось ни одного окна - все жители окрестных домов давно мирно спали, а облака прятали почти все звезды, и только тоненький серпик луны поблескивал, словно подмигивал. И в его неверном свете Вероника могла разглядеть лишь, что незнакомец высок, плечист и сутулится так, словно всю жизнь таскал тяжести и никак не может расправить плечи.

По крайней мере, он силен, - рассудила девушка и, дождавшись, пока незнакомец приблизится, попыталась его окликнуть:

  • Простите, мне нужна помощь. Я хотела...

Незнакомец, наконец, поднял голову, позволив увидеть свое

лицо.

И тогда Вероника закричала.

  • Наследник, - холодная ладошка фру Рейн скользнула по шее, - слышишь?
  • He-а, - мотнул головой Дитрих. Он был молод, здоров, силен, но даже его доконали события последних дней, когда больную часть ночи приходилось бегать, прыгать, сражаться - и не отсыпаться после этого днем. Да ещё почти двое суток верхом, да сладкая мысль о том, что уже через несколько минут он будет дома, в постели...
  • Кажется, там нахтцерер*! - заволновалась фру Рейн. - Скорее!

(*Нахтцерер - букв, «ночной похититель», одно из наименований упыря)