• Подземелья Эриэны, правда, так неожиданно свалившаяся на тебя, - ты была растеряна и сама не понимала, что чувствуешь. А я был... слишком настойчив. Не дал тебе опомниться, осознать свои чувства, разложить все по полочкам... Понять, нужен ли я тебе. Чем больше я думал над этим, тем больше утверждался в мысли, что ты была в замешательстве, когда ответила «да». А увидев меня в этой маске, ты, вероятно, поняла, что сделала неверный выбор, вот только из жалости не стала ничего говорить. - Мирослав говорил тяжело, сжимая кулаки, уже не глядя на меня, а я с открытым ртом слушала, как со стороны, оказывается, выглядело мое поведение. Плакать хотелось все сильнее и сильнее. - А еще у тебя был Фотий, - очень быстро вымолвил Мирощ словно очень боялся именно этих слов. - Фотий, у которого нет секретов, веселый и открытый, с которым ты проводила все свободное время... Время, которого не было у меня. Вы постоянно о чем-то шептались и переглядывались, словно у вас имелись свои тайны. Я видел, как он признавался тебе в любви. Как ты обнимала его... И окончательно убедил себя в том, что я в твоей жизни - лишний.

Ну ничего себе!.. Пока я активно вляпывалась в неприятности и помогала друзьям, у меня под носом разворачивалась настоящая драма! А я и не замечала ничего...

  • Неужели сам до всего додумался? - прошелестела я.
  • Если бы, - невесело усмехнулся Мирослав, потирая виски. - Помогли.
  • Я даже знаю кто, - медленно произнесла я. - Никак пресветлая и незабвенная леди Аннара постаралась?
  • Да. Она мне все уши прожужжала о том, что невесте Этьена куда милее советник, нежели жених, - горько вздохнул Мирослав. - Все сошлось одно к одному, и я думал... Думал, что тебя связывает со мной лишь данное слово, и хотел тебя освободить, чтобы ты была счастлива... Даже ценой моего счастья. А когда я нашел тебя в саду, без сознания... Мне нет прощения, я знаю.

Плакать расхотелось, зато захотелось другого - ругаться. Но вместо этого я истерически рассмеялась. Если он хотел довести меня до крайней степени безумия, то ему это с блеском удалось. Хоть сейчас в Желтый дом скорби отправляй - вполне за свою сойду.

Немного успокоившись, я выдала на-гора целую тираду, прочувствованную до глубины души, не вскочив на ноги только потому, что сил не было:

  • Думал?! А не зря ведь говорят, что много думать - вредно! Неужели нельзя было прямо сказать, что тебя тревожит?! И о какой жалости ты говоришь?! О каком замешательстве?! В подземельях Эриэны, когда ты умирал, я умирала вместе с тобой, и вовсе не от жалости!.. Потому что весь этот мир вместе со всем, что в нем только есть, совершенно не нужен мне без тебя, слышишь?! Потому что я люблю тебя, леший тебя побери, люблю, и мне все равно, есть в мире кто-либо еще или нет - важен только ты, ты, понимаешь?! Я за тебя готова отдать по капле всю свою кровь, я сделаю это с радостью, если буду знать, что после этого ты будешь жить!..

Я замолчала, пытаясь отдышаться.

Так. И что я только что наговорила? Разом выложила все, о чем думала все это время, все то, о чем никому и никогда говорить не собиралась. Но осознать до конца масштабы катастрофы мне не дали - Мирош притянул меня к себе, почти до боли сжал в объятиях, его глаза оказались так близко, что я увидела в них отражение далеких звезд... а потом его губы осторожно коснулись моих, собирая слезы, стирая обиды, залечивая раны...

  • Первый раз, - тихо проговорил Мирощ когда мы смогли оторваться друг от друга.
  • Что? - уточнила я, с трудом выравнивая дыхание.
  • Первый раз ты сказала, что любишь меня.

Я снова задохнулась. От осознания собственной дурости.

Аннара, по сути, оказалась ни при чем. Она лишь сыграла роль мелкого камушка, подтолкнувшего лавину... Во всем, что произошло со мной и с Мирошем... с нами... во всем виновата только я!

Его неуверенность, то, на чем сыграла рыжая, не на пустом месте появилась.

Он же сказал, что любит меня больше жизни. А что сделала я? Кивнула и ушла, хлопнув дверью. Ничего не ответив...

Всего три слова, сказанные мною тогда, - и безумные мысли о собственной ненужности никогда бы не пришли Мирошу в голову.

  • Сам говорил, что слова - всего лишь слова, главное - поступки... - сгорая от стыда, прошептала я.
  • Наверное, я тогда не знал, что слова тоже более чем важны, - серьезно заявил он.
  • А еще они важны тогда, когда в чем-то сомневаешься, - проворчала я. - Чего уж проще -

подойди да спроси! Нет ведь, нужно самому до всего докопаться! Послушать сплетни и подлые наветы, сложить отрывочные, мимоходом увиденные сцены в цельную картину, и что с того, что она искажена до предела? Едва не разрушить все из-за того, что просто не хватило смелости задать мне в лицо вопрос, который тебя мучил все это время!

  • Я тот еще дурак, - подтвердил Мирощ улыбаясь уже по-прежнему, светло, открыто, так, что сердце щемило от нежности. - Но я был не в силах услышать правду...
  • Которую сам же себе и придумал, - вздохнула я. - А насчет твоей жизни... Да, мне не по себе, что ты как бы раздваиваешься, но ведь это все равно ты! Это твой выбор, и все же... Зачем этот маскарад? Ведь войны давно нет. Почему ты наконец не снимешь эту дурацкую маску?
  • Я боюсь, - пожал плечами Мирослав, а я так и осталась сидеть с раскрытым ртом, рискуя подавиться каким-нибудь надоедливым комаром.

Он боится?! Куда катится этот мир...

  • Чего? - наконец смогла спросить я.
  • Чего... - задумчиво повторил Мирощ отстраненно рассматривая звездное небо. - Я всегда был Этьеном, принцем-без-лица. Сознаваться же сейчас, что моя жизнь сплошь состояла из обмана... Я не могу. Прости. И за это, и за то, что чуть было не натворил. Что собственными руками едва не сломал нашу жизнь.

Он действительно считает, что один виноват в произошедшем? Действительно не видит, что это моя глупость привела нас к черте, которую мы едва не перешагнули?..

  • Нашу жизнь чуть не сломали мы оба, - покачала я головой. - Это так ужасно и больно - когда ты не знаешь, что нужен, когда тебе не доверяют...
  • Я доверяю тебе, Яра, - выдохнул он, согревая мои озябшие ладони в своих, больших, теплых, надежных.
  • Я люблю тебя, Мирощ - эхом откликнулась я, поймала его счастливую улыбку и поняла, что большего в этой жизни и желать не могу.

Почти.

Единственное, чего мне не хватало для полного счастья, - отсутствия серебряной маски.

Как же это... неправильно. Да, нелегко изменить свою жизнь, открыть то, что всегда самым тщательным образом оберегалось от посторонних глаз и ушей. Но... дальше так продолжаться не может! Это глупо. И тяжело. В первую очередь - для Мирослава. День за днем носить маску, считаться другим человеком, чтобы иметь право не скрывать лицо... Жестоко же пошутил его дед, слишком жестоко.

 

Ну и для меня, конечно, это тоже непросто. Каждый раз, видя эту маску, я внутренне содрогалась, потому что мне неизменно казалось, что это - не Мирослав, а совсем другой человек, которого я не знаю. Который не знает меня...

Нет, с этим нужно что-то делать! Только вот что?

Случай подвернулся сам собой, во время шикарного приема по случаю дня рождения Мирослава. Шикарного - с точки зрения многочисленных гостей. Для меня же, едва оправившейся после болезни, это было скукой смертной - стоять наряженной куклой на высоченных каблуках и вежливо улыбаться. После двух часов подобных измывательств, когда у меня уже скулы сводило от напряжения, а ноги так и вовсе бойкот объявили, грозя отбросить тапочки... то есть туфли прямо здесь и сейчас, Респот, о чем-то оживленно

беседующий с парой таких же архимагов, попросил меня принести книгу из его гостевой комнаты.

Я восприняла это как спасение, пусть и временное, и незамедлительно улизнула из огромного, празднично украшенного зала. Сразу же за массивными дверями я с облегчением стянула ужасные туфли. Благодать-то какая!.. Подумав, я оставила пыточную обувь около дверей, а сама пошагала в комнату наставника, особо не торопясь и наслаждаясь свободой. Босые ступни щекотал ворс пушистого ковра, мягко пружинящего под ногами, и единственное, что мешало мне сейчас - платье. Впрочем, на нем хотя бы корсета не было, и на том спасибо.

Я медленно брела по дворцу, легко касаясь стен кончиками пальцев. Мне здесь нравилось. Тихо, спокойно, уютно. Даже не верится, что в округе совсем нет магии, кроме энергии ламона... Незаметно, размышляя ни о чем, я подошла к дверям покоев наставника, поднесла ладонь к замочной скважине... Дверь открылась, даже не скрипнув, и я шагнула внутрь. Шагнула и охнула от удивления.

Это что же, Респот всю свою библиотеку сюда притащил?!

Я зажгла светляка и огляделась. Очень на то похоже... Книги лежали всюду - и на кровати, и на полу, и на столе, и на подоконнике... Даже под кроватью. И как в таком бедламе можно найти единственно нужную мне книгу?.. Эдак я до утра прокопаюсь!

«Позови ее, бестолочь...»

Позвать? Как? Она же не кошка!

«Говорю же - бестолочь!..»

Нет, я решительно против такого к себе обращения! Где элементарное уважение к берегине, а?!

«Кхм...»

Ну ладно... Позже поговорим! Сейчас у меня другие проблемы...

Позвать... Хорошо. Цыпа-цыпа, хорошая книжечка, иди сюда! Или лучше кис-кис? Нет? А кося-кося?

«Не старайся казаться глупее, чем ты есть!»

Может, лучше скажешь, что именно нужно делать?

«Закрой глаза и подумай о книге, которая тебе действительно нужна».

Ну, закрываю... Думаю. Так, книжечка о метафизических превращениях материи в пространственно-ограничительном круге...

Муть какая! Лучше бы что-нибудь о том, как помочь Мирославу... Это гораздо важнее всяких заумных теоретических изысканий, которые на практике никогда не применяются - по причине чрезвычайной запутанности и банальной ненужности.

Не успела я додумать, как сверху, прямо на мою бедную голову, что-то свалилось. Пискнув и в свою очередь свалившись на пол, я открыла глаза и уставилась на две книги, лежащие у моих ног. Я потерла ушибленный затылок. А почему их две? Наставнику вроде одна нужна была... Та, которая потоньше, в золотистой обложке с лаконичными черными рунами. Зато вторая...

Что за монстр книжного мира на меня грохнулся? И как он меня не пришиб?!

Я присела на краешек кресла и подняла книгу. Сдула с нее пыль. Странно. Огромный толстый фолиант в мягком переплете абсолютно черного цвета, без украшений, даже без названия. Поколебавшись, я осторожно раскрыла книгу. Еще более странно! Книжечка-то явно старинная, а вот страницы... идеально белые, новехонькие! А буквы - древние.

Что тут написано? Я вчиталась в начертанный витиеватыми буковками текст, недоуменно вздохнула... и чуть было не отбросила книгу в дальний угол, борясь с желанием брезгливо вытереть руки. Ибо первое, что я прочла, было заклинание. Слишком хорошо знакомое мне - его действие имела несчастье испытать на своей шкуре.

Нити Забвения.

Леший! Зачем?! Зачем эта гадость свалилась на меня?!

«Не психуй. Дальше читай».

Тебе легко говорить! Это меня не было ни для кого! Это я слонялась по миру, как неприкаянная! Это я...

А, ладно. Перед кем я, в конце концов, распинаюсь?..

Преодолевая отвращение, я прочла следующие несколько строчек и просияла.

Вот это подарок судьбы! Иначе и не скажешь!

Заметавшись по комнате, я водрузила книгу на стол, предварительно расчистив там место (то есть попросту смахнув все ненужное на пол), разыскала чистый листок бумаги и перо и принялась переписывать найденное сокровище.

То самое заклинание, с помощью которого Респот вернул меня в мир, не привлекая никакого внимания к моей персоне. Заклинание, меняющее восприятие неограниченного круга людей. Запрещенное, конечно же... Но у меня нет выбора. Вернее, есть, и я его уже сделала.

Трудное, энергоемкое плетение. Мгновенно выкачает весь резерв и еще попросит.

Значит, заранее включим в матрицу стихийную подпитку. И еще защитный экран, чтобы столь мощным всплеском силы не возбуждать нездоровый интерес архимагов, коих что-то многовато здесь собралось... Впрочем, волновал меня один-единственный архимаг. Если Респот узнает... то мне будет крышка. Капитальная такая. Чугунная.

Ну да ладно, мне не привыкать. А цель оправдывает и средства, и меру ответственности в случае разоблачения.

А что там у нас насчет самого ритуала? Угу, все в том же духе: если думаешь, что все плохо - не переживай, будет еще хуже. В полночь, на вершине холма, открытом четырем ветрам, да еще в гордом одиночестве. Вдохновляет, ничего не скажешь. Есть у меня такое нехорошее подозрение, что даже стихийная подпитка не спасет меня от полной потери сил и, возможно, сознания. А местным упырям, страдающим голодной бессонницей, не объяснишь, что я - маг, плетущий заклинание, а вовсе не поздний ужин. А если даже и объяснишь, то так они меня и послушают...

Леший с ним, решила так решила. ЕЕщходягций холмик, под которым имелись залежи ламона, у меня на примете имеется, сегодня - как раз новолуние, так что откладывать нет никакого смысла.

«Кроме здравого», - ехидно подначил Светоч.

Вздохнув, я сунула переписанное заклинание за пазуху, захлопнула книгу и поставила ее на место. Вернее, засунула в кучу валяющихся по комнате в художественном беспорядке товарок. Выскользнула в коридор, не забыв прихватить книгу о превращениях и запереть дверь. Если что, я ничего больше не брала! А потом спустилась вниз, к бальному залу, где все еще царило веселье, замерла возле дверей, спрятавшись за тяжелой портьерой, и нашла глазами Мирослава.

Свет многочисленных свечей и магических светляков, кружащихся в воздухе, искорками отражался в синих глазах, мерцал на серебре маски. Я не сумела сдержать странной улыбки.

Завтра... завтра все будет совсем по-другому. Непременно!