Шевченко — бывший крепостной, которого в юности секли розгами. Поэт и художник, которому царь запретил писать и рисовать и отправил служить солда­том в гиблые прикаспийские полупустыни. Подлинный страдалец и настоящий народный герой. Для большевиков, меньшевиков, эсеров Шевченко был чем-то вроде стенобитного орудия, которое при случае легко было пустить в ход.

Но в начале XX века Шевченко любили и консерваторы, русские и украинские черносотенцы. И была этому особая причина. Правобережная Украина справедливо считалась опорой Союза русского народа. Один только его Почаевский отдел насчитывал 100 000 человек.

Четверть всех черносо­тенцев Российской империи[1]. Были среди них, конечно, и великороссы, и русифицированные малороссы из Киевского клуба русских националистов. Но большинство составляли украинские селяне. Они часто не знали другого языка, кроме украинского, а если и говорили по-русски, то с характерным малороссийским акцентом. Зато они ненавидели своих старинных врагов — поляков-землевладельцев и ростовщиков-евреев. Национальная, религиозная и социально-экономическая вражда тянулась веками. Русские черносотенцы давали украинским крестьянам и мещанам организацию для борьбы с их тра­диционными противниками. Действовал принцип «враг моего врага — мой друг».

Тарас Шевченко, любимый поэт украинцев, оказался ко двору и русским ультраправым. Шевченко нередко писал о «жидах» и «ляхах», что не могли не отметить и не использовать издатели черносотенных газет. Уже не одно поко­ление выросло на его кровавых «Гайдамаках», поэме об украинском восстании против поляков и евреев.

...i лях, i жидовин Горшки, кровi упивались Кляли схизмата, розпинали,

Кляли, що шчого вже взять.

А гайдамаки мовчки ждали,

Поки поганщ ляжуть спать.

Т. Шевченко, «Гайдамаки»

Недаром лидер черносотенного союза имени Михаила Архангела Владимир Пуришкевич заявил, что Шевченко «во многих смыслах являлся лицом, кото­рое разделяло наши политические воззрения»[2]. «Почаевские известия» напе­чатали большой портрет автора «Кобзаря» работы И. Крамского с подписью «Тарас Шевченко. Самый знаменитый малороссийский стихотворец»[3]. Некто Н. Ворон сочинил стихотворение, начинавшееся словами «Реве та стогне жид проклятый»[4], таким образом перефразируя шевченковские строки: «Реве та стогне Дншр широкий». Стихи Шевченко появлялись «на страницах черносо­тенных изданий для украинского селянства»[5].

 

[1] По другим данным, не 100 000, а 130 000 домохозяев. См.: Степанов С. Черная сотня. М., «Эксмо», «Яуза», 2005, стр. 137.

[2]  Стенографический отчет. Государственная дума. Четвертый созыв. Сессия II. Часть II. Заседание 43. 26 февраля 1914 г. Стлб. 1204.

[3] Федевич К. Тарас Шевченко и малорусские монархисты в империи Романовых

[4]   Федевич К. Тарас Шевченко и малорусские монархисты.

[5]  Федевич К. К., Федевич К. И. За В1ру, Царя и Кобзаря. Малоросшсью монархюти i украшський нацюнальний рух (1905 — 1917 роки). Кшв, «Критика», 2017, стр. 23.